Автор: Ольга Шумилина
Посвящается бывшим воспитанникам детского дома
Похолодало незаметно,
Прошли холодные дожди,
На смену им порывы ветра
Листву и мусор намели.
Листва пожухла и опала,
И небо потемнело вмиг,
И солнышка невидно стало,
Ноябрь по-быстрому настиг.
Стоит промозглая погода,
Дела не клеятся совсем,
Гулять мне тоже неохота,
Не знаю я, заняться чем.
Сегодня выходной, к подруге
Зайду на чай, поговорю
И расскажу ей на досуге
Одну историю свою.
Я познакомилась в поездке
С хорошей женщиной одной,
Та ехала к своей невестке,
Подсев на станции со мной.
В одном купе мы поселились,
И, разместившись, сев за стол,
Достав еду, разговорились,
О жизни разговор зашёл.
Итак, за долгою беседой
Мы к главной теме подошли,
Как оказалось, мы со Светой
Всё детство в детдомах прошли.
Не хочется воспоминаний,
Особенно про детский дом,
Не хочется переживаний
За годы, прожитые в нём.
Моя подруга по несчастью
Всё рассказала о себе,
Что стал детдом её напастью,
Он часто снится ей во сне.
Всё началось с того, малышкой
Она попала в этот дом,
Была худой и серой мышкой,
Не знала, что творилось в нём.
Через неделю обвинили
Её в позорном воровстве,
Скакалкой очень больно били
И по ногам, и по спине.
Светлана, плача, умоляла
И говорила им: «Не я!»
Но старшеклассница орала:
«Где вещи? Говори, свинья!»
И вновь посыпались удары
По голове и по лицу,
И тапочком вонючим, старым
Лупили прямо по хребту.
«А что украли?» — я спросила.
«Тряпьё какое-то, часы»,
Меня ужасно возмутило:
«Подруга, а при чём тут ты?»
«Да ни при чём, оклеветали,
Вину свалили на меня,
Кто своровал, они не знали
И крайней сделали меня».
Вся раскраснелась, продолжая
О наболевшем свой рассказ,
И, заикаясь, вспоминая,
Как была бита и не раз.
Над малышами издевались,
Могли и вешалкой побить,
Забрать подарок не стеснялись,
Унизить, пнуть и оскорбить.
Работой сильно нас грузили,
Уборщиц не было у нас,
Всё время мы чего-то мыли,
Тряслись от страха всякий раз.
За то, что пыль нашли немного,
Кровать заправлена не так,
За это нас судили строго,
За это в дело шёл кулак.
Любила медик керосином
И мылом «Ка» нам вшей травить,
От нас воняло жутко псиной,
Хотелось эту гадость смыть.
От мыла «Ка» детей тошнило,
Бывали случаи, рвало,
Жгло голову от керосина,
Щипало кожу и пекло.
И если вши не подыхали,
То вшивым очень не везло,
Под ноль несчастных остригали,
Пацан, девчонка — всё равно.
Гоняли собирать картошку
Нас на колхозные поля,
Мы собирали «понемножку»
Машины две-три за полдня.
Директор длинною лозиной
Сачков любила погонять,
При этом обозвать скотиной
И хорошенько отстегать.
«Для государства вы обуза,
Привыкли только много жрать,
Поотъедали своё пузо,
Пора колхозу долг отдать».
На грядках день-деньской пахали,
Особо не жалели нас,
Картошку вёдрами таскали
И надрывались всякий раз.
Любовь к земле во мне убили,
Я ненавижу огород,
Охоту с детства мне отбили,
Какой с меня овощевод?
За то, что часто обижали,
Такой детдом — кромешный ад,
Ребята часто убегали
Туда, куда глаза глядят.
Боялись очень, что поймают
И обязательно вернут,
Скажу не просто — поругают,
Разденут догола, побьют.
Любила наша директриса
Конверты с письмами вскрывать,
И не стеснялась эта крыса
Оттуда деньги забирать.
Кому-то рубль присылали,
Кому-то два, а может три,
И дети недоумевали:
«Куда их рублики ушли?»
Была она жестока к детям,
Несправедлива и строга,
И у неё в приоритете
Скакалка, палка и муштра.
По четвергам на Детсовете
Разбор за двойки, протокол,
И в наказание при этом
Входило мыть и драить пол.
И прямо тут могла скакалкой
При всех спокойно отлупить,
И обозвать скотом, нахалкой,
Могла спецшколой пригрозить.
Здесь процветала дедовщина,
И взрослым было наплевать,
Для них была лишь дисциплина,
Не смели рот чтоб открывать.
Я слушала и поражалась,
В детдоме выросли вдвоём,
Но жуткой правдой оказалось,
Не всем жилось прекрасно в нём.
Мне повезло, жила в Покровке,
Там был хороший детский дом,
Затем училась я в Находке,
Плохого не скажу о нём.
Всё время, затаив дыхание,
Её не смела перебить.
За что такие испытания
Пришлось той девочке прожить?
Она беззвучно зарыдала,
Закончив горький свой рассказ,
И, плача, тихо прошептала:
«Как жаль! Таких немало нас».
Обняв её, я ей сказала:
«Не плачь, родная, не грусти,
И хорошо, что ты не стала
Такой жестокой, как они.
Ты молодец, что не сломалась,
Горжусь тобой я, как сестрой,
Немало бед тебе досталось,
Но ты держалась, как герой.
Не рви себя, прошу, не надо,
Увы, но детство не вернёшь,
Забудь про всё, я буду рядом
Всегда, как только позовёшь».
Вот так мы встретились однажды,
Всю душу мне свою излив,
Сидели молча мы обнявшись,
Так больше слов не проронив.
г. Находка.
